Н.С. (catch_life) wrote,
  • Mood: calm

Some place simple, some place hidden

Ну правильно. Ночь с субботы на воскресенье. Время написать в ЖЖ что-нибудь из того, о чем мимолетно думалось на прошлой неделе в регистре "а не написать ли в жж".

В один и тот же день в метро меня спрашивают, как проехать в Третьяковку (не старая еще женщина с палочкой), и потом я вижу, как совсем юная девушка, одетая строго и со вкусом, тщательно накрашенная, учит арию Джильды из оперы Риголетто. Выходит девушка на Охотном ряду.

Во дворе наблюдаю, пробегая, сценку из фильма Муратовой. Большая черная собака внезапно начинает лаять на проходяшего мимо школьника. Хозяйка, грузная, со старым поводком в руке, собаку громко журит: Ты это зачем? Что еще за новости? Что, намордник надеть? Хочешь, чтобы я намордник надела? Ждет ответа какое-то время, громко вздыхает. Я тоже почти жду ответа, до такой степени интонация хозяйки подразумевает человеческий разговор. Собака ничего не отвечает (странно), и хозяйка, еще раз вздохнув, загоняет ее домой.

Через всю Москву везем Мелочь на метро. Я предлагаю Боре взять такси, потому что помню рассказы знакомой о том, как ее грудной ребенок в метро, ах, "не мог находиться". Что ты, говорит Боря, все наоборот, ее в машине укачивает, а в метро ей интересно. Мелочь - наш человек во всем, городская жительница с рождения. Восседая в коляске, воспроизводит в точности тот специфический рассеянный взгляд, который характерен почти для каждого обитателя нашего движущегося подземелья, взгляд на грани сна и призрачного бодрствования. Потом оживает, рвется из коляски на руки, смотрит на людей, на рекламу, смеется собственному отражению в дверях. Даже печенье, которое просит и зажевывает старательно, не может отвлечь ее от мира, не уменьшает интенсивности внимания вовне. Между миметической рассеянностью и аутентичным напряжением внимания проходит вся поездка - и оторваться от этого зрелища нет никаких сил.

Где-то между днем, который я плохо помню, и днем после того, который я плохо помню, приходит извещение, и в качестве глотка воздуха я получаю на нашей советской во всех отношениях почте, под удивленный шепот скопившейся очереди - получаю, well, порядочного размера тубу из Лондона! А в тубе синий-синий глубокий океан, и дымящий корабль на горизонте, и мрачный чооорный великан Рассел держит на раскрытой ладони крошку Нудл в полосатых чулках, и играет крошка Нудл на культовой мелодике - ну, мы-то, фанаты, знаем, кто именно забыл эту мелодику на Пластиковом острове, но он явно не против, чтобы Нудл немножко на ней поиграла, it's kind of, sort of, generous, you know. Это литография под названием "Broken", одноименная с песней, на роскошной твердой бумаге, пахнущая краской, с индивидуальным номером и сертификатом, как и положено литографии (я как-никак Полиграфический институт закончила, мне не нужно заглядывать в Википедию, чтобы узнать, что каждый отпечаток литографическим способом считается оригинальным произведением и подлежит нумерации). Это подарок от Джейми Хьюлетта, фрагмент гениального воображения. У этой литографии смешная история. Когда весной я примкнула к фэн-клубу Gorillaz (уж если изучать фэн-сообщества, то надо делать это на тех примерах, которые тебе самому интересны), там требовалось заплатить какую-то сумму, по моим меркам, честно говоря, совершенно не существенную. "Взамен" всем членам фэн-клуба, вступившим в него до какой-то определенной даты, не помню какой, обещалась игрушечная машинка авторского дизайна Джейми. Я к машинкам полностью равнодушна, даже к настоящим, не говоря уже об игрушечных. Подумала, что передарю Леньке на какой-нибудь праздник, и тут же забыла. Но дети (а среди фанатов Gorillaz очень много детей и подростков) не забыли, они помнили, и волновались, и ждали свою машинку изо всех сил. Но машинка что-то все не объявлялась. Наконец, объявился сам Джейми - разослал по мейлу всем своим поклонникам покаянное письмо с уморительной фотографией: на фотографии он держал в руках раскуроченную игрушечную машинку, вставив ее колеса себе в глаза. В письме он признавался, что несколько раз с несколькими фабриками пытался изготовить подобающую машинку, но финальный результат, дословно, "достоин того, чтобы продаваться в магазине садового инвентаря", а не быть разосланным самым понимающим фанатам самой стильной группы на свете. Джейми клялся, что больше никогда даже не помыслит об изготовлении машинки, и обещал нарисовать взамен специальную картинку только для нас - для литографии, которая вообще не поступит в продажу, а будет разослана только тем, кто должен был получить злополучную машинку. Вот тут уже я, конечно, сделала стойку - и потому, что я рисунки Джейми искренне люблю, как и его самого, и потому, что с точки зрения материальной финт все-таки довольно забавный. Мне бы и в голову не пришло рассматривать участие в фэн-клубе Gorillaz как способ разбогатеть, однако литография Хьюлетта, выпущенная ограниченным тиражом и не поступившая в магазины, заведомо будет стоить несопоставимо с первоначальным вложением. Впрочем, вряд ли мне когда-то захочется ее продавать. Но вот более правильного времени для ее прибытия нельзя было и выбрать. Я, кстати, сегодня похвасталась в фэн-сообществе, так даже англичане говорят, что многие из них еще не получили литографию, а я вот в Москве уже да. Без какого-нибудь пластикового Гермеса тут не обошлось.

Еще была история про то, как, запертая в немецком посольстве всего лишь с одним мобильным телефоном, я умудрилась раздобыть по мейлу личный номер организатора конференции в Гамбурге (рабочий номер не отвечал), чтобы вынудить его пойти в ближайший пункт связи и выслать на адрес посольства "правильное" приглашение взамен "неправильного", и тут же мне сообщить, чтобы я подошла к окошку заново и все-таки сдала документы. Еще была история про то, как официант японского кафе бежал за мной два квартала, чтобы отдать забытый шарф. Еще была история про то, как мне не хватило альбома Мартины Топли Бёрд, потому что его смели московские слушатели, очарованные ее роскошной программой "на разогреве" у Massive Attack, и как я стояла и смотрела, как Мартина подписывает альбомы более шустрым поклонникам, и улыбалась все равно до ушей, потому что вот стоит живая Мартина Топли Бёрд и пытается шутить по-русски, милая. Но мало ли с нами со всеми каждый день происходит историй. Фантастический мир каждого дня, мы же помним про это, не правда ли.


  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments